Эдуард Абрамов

Ева Рапопорт: «только совместные занятия идиотизмом указывают на настоящую духовную и душевную близость». Победительница конкурса «Неформат» в номинации «Малая проза» — о жизни, путешествиях и литературе

Я опаздывал на встречу с победительницей «Неформата» Евой Рапопорт. Перед тем, как сесть в метро, купил запасную батарейку к диктофону (старая уже садилась), а когда уже ехал, наш поезд, как назло, встал на перегоне и стоял минут пять. Мне было неловко, что я заставляю хрупкую девушку ждать меня на холоду (хотя погода в этот день выдалась тёплая — плюс два!).

Но вот поезд подъезжает на станцию «Новослободская», я стремительно бегу вверх по эскалатору, пулей выскакиваю из метро и спустя несколько минут оказываюсь у памятника Веничке Ерофееву, где и назначила мне встречу Ева.

Впопыхах я забываю все вопросы, что спланировал задать в самом начале интервью, и начинаю наобум:

ЭДУАРД АБРАМОВ: Это Ваши настоящие имя и фамилия или литературный псевдоним?

ЕВА РАПОПОРТ: C трудом себе представляю человека, который бы в здравом или даже не очень здравом уме взял себе псевдоним «Рапопорт».

Э.А.: Возраст?

Е.Р:. 25 лет.

Э.А.: Место проживания?

Е.Р:. Москва.

Э.А.: Как давно пишете прозу?

Е.Р:. Как научилась писать, так и пишу.

Э.А.: Ева, Вы победили на конкурсе молодых писателей «Неформат». Теперь Вы как победительница можете обозреть его сверху. Расскажите: как видится конкурс с высоты первого места? Что он такое и зачем?

Е.Р:. Меня уже об этом настойчиво спрашивали и «орт», и «культура», но удовлетворительного для них ответа не сумели добиться. Любой конкурс вещь полезная и приятная для тех, кто в нем победил. Для меня лично смысл на этом исчерпывается. Литературный приз – это всегда лотерея, на него не нужно слишком надеяться (понимаю, что не мне теперь подобные слова говорить, но я утверждала то же самое и до получения «неформата»). Было немало премий, где меня никак не отметили, и я по этому поводу не испытала никаких особых эмоций.

Вероятно, конкурсы важнее не для писателей, а для литературы, потому что позволяют попасть на ее поверхность чему-то новому. Однако это совершенно не означает, что всплывет непременно нечто хорошее.

Э.А.: Ева, а как Вам пришла в голову мысль принять участие в "Неформате"?

Е.Р:. Мне она никак не пришла. Мне написал в аську Дэн Шорин и спросил, отправляла ли я что-нибудь на «Неформат». Я поинтересовалась, что это такое, и он мне дал ссылку. Был последний день приема работ. Я не поленилась, взяла что было написано за последнее время и отправила.

Э.А.: Вы рассчитывали на победу?

Е.Р:. На первом этапе – нет. Отправила и забыла. Когда узнала, что попала в лонг-лист, подумала: ну здорово, но вряд ли дальше дело пойдет. И даже после объявления шорт-листа особо не верила, хотя, конечно, очень хотелось.

Э.А.: Удивились, когда прозвучало Ваше имя в качестве победителя?

Е.Р:. Да.

Э.А.: Как Вы считаете, чего не хватает "форматной" литературе?

Е.Р:. Четкого определения.

Э.А.: Получается, мейнстрим - это зло?

Е.Р:. Да. Но «мейнстрим» – не равно «формат», я считаю. Что такое формат и неформат вообще мало понятно, а те, кто делают вид, что понимают смысл этой оппозиции, все равно объяснить его толком не могут. По крайней мере, мне так кажется.

Э.А.: Ева, о Вас ходят какие-то фантастические слухи - говорят, у Вас вышел конфликт с Максом Фраем. Правда ли это?

Е.Р:. Ну это такой односторонний конфликт. С самой Мартынчик я не знакома и не стремлюсь – по всему судя, она малоприятная баба.

А история вышла такая, что когда-то я запостила в жж фразу про то, что люди могут пить вместе, могут жить под одной крышей, могут заниматься любовью, но только совместные занятия идиотизмом указывают на настоящую духовную и душевную близость. Потом вдруг оказалось, что народу она понравилась и ее принялись активно цитировать. Иногда меня указывали как автора, иногда ничего не указывали, иногда выдвигали самые фантастические гипотезы – что это, например, сказал Ремарк или Кафка. А потом кто-то решил, что автор – Макс Фрай, и все почему-то поверили. Даже до такой степени, что периодически какие-нибудь личности приходят ко мне в жж и заявляют, что, мол, нехорошо выдавать за свое чужое. Правда на требовании дать конкретную ссылку на, с их точки зрения, подлинный первоисточник разговор обычно почему-то заканчивается.

Конфликт-не конфликт, но, в общем, такие дела мне не особенно нравятся.

А совсем недавно я узнала, что мы с Фраем-Мартынчик родились в один день. Какой ужас.

Э.А.: Спасибо. Позже мы с Вами ещё вернёмся к вопросу об интеллектуальной собственности и воровстве. А пока скажите, Ева: помогают ли конфликты с известными писателями самому стать известным писателем?

Е.Р:. Дурацкий вопрос. А) Это не мой случай. Б) Это не мой путь. В) Макс Фрай – писатель?!

Э.А.: Считаете ли Вы себя молодым писателем? Что это вообще такое для писателя — молодой?

Е.Р:. Нет, не считаю. Молодой – это такое специальное определение, оправдывающее возрастной ценз в условиях конкурсов.

Э.А.: Как Вы считаете, Вы талантливы?

Е.Р:. Провокационный вопрос. А если я скажу да?

На мой взгляд, ни в коем случае нельзя заниматься творчеством и, тем более, искать обратной связи с потребителями продуктов этого творчества, одновременно осознавая собственную бездарность. Тогда это либо графомания, либо просто большие проблемы с самооценкой.

Э.А.: А что такое талант с Вашей точки зрения?

Е.Р:. Наверное, это умение хорошо делать веши, которые далеко не все делать способны, и делать немного по-своему. Так, рисовать чертежи худо-бедно может научиться любой, и, если в них нет ошибок, - то это будут одинаковые чертежи, а вот портрет с одного и того же человека каждый художник напишет по-разному. При этом есть, с другой стороны, художник Шилов – он кого угодно запортретирует, вот только смотреть на это противно.

Э.А.: Трудно ли писателю живётся во время кризиса? Можете ли Вы сказать, что «Неформат» и другие денежные премии писателям могут их поддержать в наше нелёгкое время?

Е.Р:. Кто-то мне толи в шутку, то ли всерьез давно-давно говорил, что люди, отправляясь на культурные мероприятия, считали, сколько раз там прозвучит слово «дискурс». Теперь все, даже литераторы  говорят про кризис и очень-очень помногу. Ну его к чёрту.

Э.А.: Расскажите о Вашем писательском пути. Есть ли у Вас карта и компас, не жмут ли ботинки, часто ли бывают привалы, чем питаетесь в дороге, бывали ли Вы в таких местах, где не ступала нога человека и парохода?

Е.Р:. Привалы бывают. Иногда такой период, что за неделю удается придумать пару рассказов, а иногда подолгу ничего вообще не пишется и идей никаких в голове нет. Наверное, так нормально. Я уже перестала задумываться по этому поводу. Когда ничего не происходит – то просто жду.

А пройти там, где не ступала нога предшественника – по-моему, это вполне себе цель.

Э.А.: Я неспроста задал предыдущий вопрос именно в такой форме. Мне известно, что Вы много путешествуете. Что это за путешествия, с какой целью? В каких краях Вы бывали уже не литературно, а географически?

Е.Р:. Я считаю, что для творчества и для жизни вообще важно не переставать развиваться – учиться новым вещам и получать новый опыт. Для последнего как раз хороши путешествия. Ну и, кроме того, что пишу, я еще и фотографирую. Отъехав подальше от дома можно увидеть совсем другие вещи. Или те же самые, но по-другому.

Я не люблю просто так перечислять, где была. Это напоминает манеру общения одних из худших представителей современной фауны – русских туристов, которые обожают рассказывать, как они где были и как им где не понравилось. Мне, кстати, везде нравится.

Э.А.: Опишите пару самых захватывающих случаев, произошедших с Вами в путешествиях.

Е.Р:. Когда я в детстве с родителями первый раз поехала в Питер. Там я в первый же раз побывала в кино. Это осталось самым ярким впечатлением от всей поездки – одной из первых в моей жизни. И эта ерунда почему-то до сих пор помнится, а все остальное, что куда интереснее и имело больше значения, вспоминается только по случаю, а не так, от вопроса в лоб.

Э.А.: За границей воруют?

Е.Р:. Да. Хотя где-то больше, а где-то почти нет. Кому как не повезет.

Э.А.: А воруют ли за границей тексты? Есть ли там, как и здесь, плагиаторы?

Е.Р:. Тексты воруют и за границей, и внутри границ и через границы.

Э.А.: Кстати, как Вы относитесь к вопросам интеллектуальной собственности? Нужно ли бороться с пиратами? Или они перестреляют сами себя?

Я очень трепетно отношусь к интеллектуальной собственности, куда серьезнее, чем к материальной. Сама чужого никогда не возьму, но и моего, пожалуйста, не берите. И я не только о плагиаторах плохо думаю, но считаю крайним безобразием, когда плоды чужого умственного или творческого труда используются кем-либо в собственных целях без указания копирайта. В интернете с этим делом совершенно отвратительная ситуация. Не только тем, кто так делает, но и сторонним наблюдателям глубоко на авторское право плевать.

А вот что касается как раз пиратства – то есть незаконного распространения книг, фильмов, музыки, то тут я такой огромной проблемы не вижу. Я считаю, цель настоящего творчества не в том, чтобы получить за конечный продукт гонорар (хотя это, разумеется, приятно, полезно и не стоит это ни в коем случае не брать в расчет), а донести до как можно большего количества людей определенный свой мессидж. Так вот пираты этому скорее как раз способствуют. Если бы не они, мы бы с вами сильно меньше смотрели фильмов, слушали музыки и не пользовались бы почти никаким софтом.

Э.А.: Кто ваши любимые писатели?

Е.Р:. На самом деле сложный вопрос. Мои мнения, мысли, вкусы довольно быстро меняются. Пересматиривая-перечитывая что-то спустя год-два, я могу уже воспринимать это совсем по-другому. Поэтому, зная, что какой-то писатель нравился мне несколько лет назад, сегодня я уже не уверена, что прочти я, возможно даже ту же самую книгу, сейчас, она мне бы так уж понравилась.

Давно не перечитывала, но до сих пор продолжаю уважать Умберто Эко – очень умный он дядька.

Э.А.: Вы используете какие-то их элементы в своём творчестве?

Е.Р:. А если я скажу нет?

Э.А.: Ева, мне известно, что Вы давно входите в редакцию литературного интернет-журнала «Точка Зрения». Скажите, много ли пользы Вы смогли из этого извлечь? Можете ли Вы сказать кому-то с «Точки Зрения» спасибо за «Неформат»?

Е.Р:. Могу. Дэну Шорину. О том, почему, я уже сверху сказала.

Э.А.: А много ли пользы Вы принесли самой «Точке Зрения»?

Е.Р:. Если считать, что «Точка Зрения» состоит из людей, то ей полезен каждый ее участник. Потому что, если участников не будет, то и ничего не будет. Логично предположить, что любой вредоносный экземпляр был бы насильно выведен из состава участников… Я редактор ТЗ уже почти что два года.

Э.А.: Мне кажется, многих редакторов «Точки Зрения» Вы знаете лично. К кому из них пойти начинающему писателю, кому из редакторов отдать свои тексты, чтобы достичь таких же высот, каких достигли Вы?

Е.Р:. Ой. Только не надо таких высокопарных слов. Любая премия, как я сказала уже, – это лотерея. То, что вы пишете хорошо – отнюдь еще не залог победы. Ну а если вы пишете совсем плохо, лучшее, что можете сделать, - это вообще прекратить писать. Но в любом случае, либо что-то получится, либо нет. А редакторы тут ни при чем.

Э.А.: Ева, можно ли считать работу редакции Точки Зрения совместными занятиями идиотизмом?

Е.Р.: Нельзя. Потому что я под идиотизмом понимаю скорее реальные действия, а на ТЗ редакторская работа - она виртуальная, то есть не подразумевает живого общения человек-человек.

Э.А.: Что Вы можете сказать интересующемуся читателю о том, зачем ему надо читать — например, Ваши рассказы?

Е.Р:. Да ни зачем не надо. Но я бы себя, будь я кем-то другим, наверно, читала…

Э.А.: А зачем вообще существует литература?

Е.Р:. А зачем существуют ветер, смена времен года, черные дыры в космосе? Понимаю, конечно, что вещи совсем разные, но литература для нас уже тоже, по сути, данность.

Э.А.: Многие наши читатели спрашивают: что Вы курите, когда пишете Ваши рассказы? Или для того, чтобы так писать, достаточно философского образования?

Е.Р:. Когда пишу, ничего не курю. А рассказы у меня были и до философского факультета.

Э.А.: Возвращаясь к теме «Неформата». Вас показывали по телевизору, по каналам ОРТ и Культура. Многие ли сейчас берут у Вас интервью в связи с Вашей победой?

Е.Р:. После вручения мне «Неформата» ваше пока только четвертое.

Э.А.: Вас не утомляет обилие интервью?

Е.Р:. А четыре – это уже много?

Э.А.: А как же! Один-два-три-много, так, кажется, считают на некоторых островах. А вот, к слову пришлось. Вопрос об интервью и об интеллектуальной собственности. Я беру это интервью для портала «Точка Зрения» (http://lito.ru). Вы как участница этого интервью не против, чтобы другие порталы размещали его у себя методом копипаста с указанием на автора и ссылкой на источник (http://lito.ru/text/69066)? Я как автор совершенно не против.

Е.Р:. Я тоже. Пусть только не заменяют «Ева Рапопорт» на «Макс Фрай».

Э.А.: Расскажите о церемонии вручения «Неформата». Как всё происходило? Было ли что-то, что ускользнуло от телевизионных камер и глаз свидетелей?

Е.Р:. А я не знаю, что показывали по телевизору, у меня его нет. Главные впечатления: приз кошмарно тяжелый – зачем они его таким сделали?.. начали с большим опозданием, а фуршет, наоборот, очень быстро закончился, потому что все съели и выпили.

Э.А.: А вот серьёзный вопрос. Как Вы работаете над Вашей прозой? Можете ли как можно полнее описать процедуру? Мне кажется, любому писателю, не только начинающему, есть чему у Вас поучиться.

Е.Р:. Не думаю. Наверное, у каждого что-то свое. У меня как-то просто: сначала появляется идея, потом, через какое-то время или сразу же – понимание, как из этого можно сделать рассказ. Потом все берется и пишется, желательно, за один присест.

Э.А.: Как современному писателю вывалиться из мейнстрима, отшлифовать свою уникальность?

Е.Р:. Наверное, не смотреть ни на кого, не рассчитывать на коммерческий успех и не слишком близко к сердцу принимать остро актуальные темы.

Э.А.: Ева, как Вы думаете, чего не хватает отечественной литературе?

Е.Р:. Как нам говорили на философском факультете, курсовая работа отличается от господа бога тем, что не настолько совершенна, чтобы не нуждаться в предикате собственного существования. Так вот, наша  современная литература, не то, что бы ни разу не совершенна, ее вообще нет. То, что плавает на поверхности… ну, в общем, все мы знаем, что хорошо плавает.

При этом я не отрицаю – наверняка в наше время живут и работают интересные и талантливые писатели. Проблема в том, что о них никому или почти совсем никому не известно.

Э.А.: Ваше пришествие в литературу её как-нибудь изменит?

Е.Р:. Да ну…

Э.А.: Напоследок — блок вопросов от Ваших поклонников. У Вас модельная внешность?

Е.Р:. Модели бывают разные. Бывают модели Мерседесов, а бывают – автомобилей Ока.

Э.А.: Что надо принести за пазухой, чтобы с Вами познакомиться?

Е.Р:. Бутылку водки.

Э.А.: Марка Вашего личного вертолёта, любимый бренд нижнего белья, какие рекомендуете покупать бриллианты и какой тип нефтяных вышек советуете использовать в бизнесе?

Е.Р:. Давайте я лучше скажу что-нибудь не гламурное: жигулевское!

Э.А.: Что Вы знаете о газгольдерах?

Е.Р:. Раз вы спрашиваете, наверное, они есть.

Э.А.: Придёт ли литература в каждый вагон метро?

Е.Р:. Она там уже есть. Ее там читают.

Э.А.: Многих ли знаменитых писателей надо убить и съесть, чтобы самому стать знаменитым писателем?

Е.Р:. Ну, если вы африканский или австралийский писатель – возможно, что такой подход продуктивен.

Э.А.: Высоко ли ходит солнце над Чукоткой?

Е.Р:. Насколько я понимаю географию и астрономию, солнце одинаково стоит над всеми точками, расположенными на одной широте.

Э.А.: Что такое Проза.ру?

Е.Р:. Рассадник графомании.

Э.А.: Вопрос от молодого поэта Пети Юряйхонова из Оймякона: Вы замужем? Если нет, какова общая площадь Вашей квартиры?

Е.Р:. 57 метров, а на еще пять государство меня наебало.

Э.А.: Почему Вы не даёте никаких ссылок в Вашем Живом Журнале?

Е.Р:. Мне самой не всегда и не особенно нравятся ссылки в чужих жж, так что своих френдов я не заставляю ничего подобного видеть. К тому же, главное правило моего жж в том, что он состоит только из того, что думаю или делаю я. Поэтому никаких найденных в Интернете забавных картинок и никаких оторванных от текста и смысла цитат. А ссылки – они тоже отсылают к продуктам чьей-то чужой жизнедеятельности.

Э.А.: Последний вопрос. Раскройте тайну отношений между Вами и Карлом Юнгом.

Е.Р:. На первом курсе философского факультета я писала про него реферат. Точного названия предмета не помню, но на нем же, делая доклад, одна из наших девочек перепутала анимизм с онанизмом. Но ужаснее то, что кроме меня этого никто не заметил.

Э.А.: Спасибо.

Приняв от меня благодарность, Ева заторопилась куда-то, но от моего предложения проводить её отказалась. Видимо, её ждала работа. Мне же только и оставалось, что спуститься в метро, удивляясь тому, как старая батарейка диктофона вытянула столь длинное интервью в таких погодных условиях.

А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
«Эдуард Абрамов: Ева Рапопорт: «только совместные занятия идиотизмом указывают на настоящую духовную и душевную близость». Победительница конкурса «Неформат» в номинации «Малая проза» — о жизни, путешествиях и литературе»:

растянуть окно комментария

ЛОГИН

ПАРОЛЬ

Авторизоваться!