82 Views

1.

Квадратная сеть,
Треугольная сеть,
Квадратная жизнь,
Треугольная смерть.
Ты черный на черном, ты в каждой стене,
Дробишься снаружи, мерцаешь извне.
Ты ветер пустынный, невидимый след,
Ты есть на планете.
Тебя ещё нет.
Ты в мире, где рельсы лежат поперек,
Где синее солнце течет на восток,
Где можно за песню купить полстраны,
Где рыбы плывут от луны до луны,
Где призрачны псы,
Где крылаты коты,
Где дождь — это ты,
И закат — это ты,
Где варят глинтвейн,
Где сидят на песке …
Но нет ни маршрута, ни карты в руке,
Пароли потеряны, дверь заперта,
Не тот переулок,
Эпоха не та.
Звучит Окуджава,
Зовёт в глубину,
Берлинской лазурью окрасив струну,
На кончиках пальцев —
Ключи от судьбы,
И зов золотой окаянной трубы.
…Квадратная даль,
Треугольная даль,
Возьми и придумай,
Прими и отдай.
Ты черный на черном во тьме городской,
Играешь в рожок с марсианской тоской.
Поверь мне, все будет иначе,
Когда
В зрачках отразится речная вода,
И будет итог трехсотлетнего дня —
Ночной автобан от тебя до меня,
Любой протяженности,
Сел — и кати.
А справа и слева — другие пути,
Пурпурные звезды,
Седые леса,
И шорох тумана,
И звон колеса,
Кофейные сказки,
Янтарный прибой…
Последние метры до встречи с тобой.

2.

Императрица берет энергетик и блинчики с мясом.
Молча стоит за каким-то хануриком, блеклым и мрачным,
Перед очкастым мальчишкой с пакетиком чипсов и колой.
Очередь млеет, смотря на хитон и пурпурную паллу,
Руки в жемчужных браслетах, венец и тяжёлые берцы.
Императрица выходит, лицо подставляя летучему пуху —
Белое, словно скульптура, с большими стальными глазами.
Снова грядут перемены, которых могло не случиться,
Снова фортуна сжигает мосты и угрюмо хохочет:
«Ну-ка, посмотрим, как ты ещё раз начинаешь сначала!»
«Ну-ка, посмотрим, что выйдет из третьей по счету попытки!»
Императрица смеётся надсадным скрежещущим лаем,
Метко пинает попавшую под ноги банку от пива,
Пятиэтажным анапестом целит по новым преградам
И невесомо взмывает над крышами пятиэтажек.
«На-кося, выкуси!» — пишет помадой на утреннем небе,
Сразу стирает и пробует снова: «Собрату Цурэну.
Новые листья растут на поваленных бурей деревьях,
Новые люди идут по давно позабытым дорогам.
Ты нам пока разложи потихоньку поляну, мы скоро,
Я приведу, я смогу, долечу, дотащу, допинаю —
Просто дождитесь, вы слышите, слышите, просто дождитесь!»…
Пьянью заплеванный двор, почерневший обкромсанный тополь,
Остов песочницы, горы бутылок разбитых и целых…
Императрица проходит, привычно земли не касаясь,
Тихо и кратко прощается с прошлым.Она не вернётся….
К лучшему все.
Это знает любой завалящий оракул.
Память — река.
Что на дне ее — трогать напрасно не стоит.
Пусть поджигают мосты. Мы построим прочнее и шире.
Пусть закрывается дверь и закат полыхает над миром.
Императрица идет и шаги отзываются эхом.
Прошлое — прошлому.
Начали.
Ad meliorem.

3. Дорожный романс

Я еду на Север,
На встречу с Двиной,
А ты не со мной,
Ты, увы, не со мной.
Плывут облака и дорога течет —
Раздолье кочевника,
Гамбургский счёт.
И вновь представляю на полном ходу
Что вместе с тобой я по трассе иду.
И сколько друг друга в душе не вини —
Мы врозь вспоминаем ушедшие дни.

Здесь вам не столица,
Здесь климат иной,
А ты не со мной,
Ты опять не со мной,
Вокруг не сияющий гимн синевы —
А скрежет и лязг раскаленной Москвы.
Работа, забота, цейтнот, беготня,
Порой на бегу представляешь меня,
Терзаешь забытые фотки в сети…
Напрасно, амиго.
Я снова в пути.

И сердце все так же
Саднит тишиной,
А ты не со мной,
Ты сейчас не со мной…
А помнишь, мечтали?
А знаешь, могли —
В любую доступную точку земли,
В любую погоду,
В любую дыру…
Ну как я из памяти это сотру?
Над трассой вечерние всходят огни…..
Ты лучше в дороге
Меня догони.

4.

Два демиурга сотворяли мир.
История печальна и нелепа —
Две чашки кофе. Вкус ржаного хлеба.
И нотный лист,
Исчерканный до дыр.

Два демиурга не считали дней,
Не пыжились и клятв не приносили —
Творили, покоряясь новой силе
И становились в триста раз сильней.

Два демиурга сотворили то,
Что сквозь миры набатом зазвучало:
«Ошибся? Не стыдись начать сначала.
Безгрешным не рождается никто!»

Все обрело и смысл, и плоть, и цвет,
Фактуру, запах, силу притяженья,
Момент покоя и момент движенья,
И свой маршрут среди других планет.

Зажёгся свет в голубоватой сфере,
И в первозданной тишине земли
Сквозь комья глины травы проросли,
К воде прохладной потянулись звери…

Два бутерброда.
Кофе.
Ночь без сна.
Под светом звёзд мерцали ветви клёна.
Все кончилось.
Но мир новорожденный
Подрагивая, выплыл из окна…

Вначале были Музыка и Слово,
Миг торжества и упоенья миг…
Два демиурга сотворили мир
И, может быть, в себя поверят снова.

5.

Черной краской стены красим,
Сутки — ноем,
Сутки — квасим.
Рррраз — и нету супостата:
Суки,
Гада,
Друга,
Брата…
Рррраз — и все.
Ура!
Свобода!…
Нет шестнадцатого года:
Страсти,
Гордости,
Подъема,
Сильных рук,
Тепла и дома.
Рррраз — и все!
Закрась урода!…
Нет семнадцатого года:
Общих планов,
Шуток,
Споров,
Новых пьес,
Идей,
Актеров,
Восхищения,
Любви….
Бей, круши, ломай, дави!
Нет ошибок и свершений,
Нет проектов и решений,
Нет кулис,
Гримерки нет —
Все закрасит черный цвет.
Восемнадцатый,
Двадцатый,
Зеркала,
Рисунки,
Даты,
Все в помойку.
Все в утиль.
Полный аллес.
Полный штиль.
Черным — ангела и кошку,
Шелк,
Сукно,
Парчу,
Рогожку,
Поднажали,
Налегли —
Чтобы песни не вползли!
Черным — «море» и «селедку»,
Сарабанду, вальс, чечетку,
Оровел и полонез,
Хочешь — с матом,
Хочешь — без.
Черным — в стенку,
В стенку,
В стенку,
Вон веселую Миленку,
Вон архангельских бомжей,
Гомон льежских кутежей,
Турбиных,
Марину Мнишек,
Бургомистра без штанишек,
Черным — друга,
Черным — брата,
Ямамото и Крабата,
Христиана-Теодора,
Злую песенку про вора,
Пусть трепещут аморалы:
Вон куплеты
!Вон хоралы!
Вон курфюрста, вашу мать —
Скверну надобно изгнать!
Черной краской стены красим.
Сутки — ноем,
Сутки — квасим.
Черным — пол и потолки.
Наливаем, мужики
!Все закрасим в пьяном раже,
Станет мир чернее сажи.
Больше,
Больше черных стен!
Красим.
Квасим.
…а затем?


Рисунки автора.

от Александра Неронова

Композитор, режиссер музыкального театра-студии "Тенер", поэт и художник-график. Родилась в подмосковных Люберцах, всю жизнь живет в Москве, много путешествует автостопом, увлекается историей, любит железные дороги и заброшенные заводы. Не замужем, двое взрослых детей.

Добавить комментарий