146 Views

Эпос

Прозрачен слог – да стих туманный,
Как будто что-то сквозь него
Проходит музыкою странной,
Как авангардное кино.
Постылый клип. Полёт валькирий.
Сумятица и нищета…
Но выткана из этих линий
Ткань самобраного холста.
Война – поэзия народов.
Проклятый эпос! Прах времён.
В гортанном вопле скотогонов –
Кочующий наполеон.
Сраженьям, что проходят зримо,
Виной не скиф и не варяг.
В раздоре – поле неделимо.
Любой кому-нибудь да враг.
Ах, эпос, эпос! Время óно,
Как с губ сорвавшийся мотив,
Взрывающийся с полутона,
Не позитив, а негатив.
И птичий крик над зыбью моря,
И плавный ход морских зверей,
С волнистой путаницей споря,
Пророчат гибель кораблей.

Плывущие Голгофы

Прошло сто лет – и что ж осталось
От сильных, гордых сих людей…

А. С. Пушкин

Подумать только! Он ещё плывёт –
Корабль… Мне эпитетов не хватит,
Чтоб выразить, как время ветром катит
Громаду по волнам, что в свой черёд
И нам воспеть уже пришла пора –
Мужицкую и царскую отвагу!
Построить флот – не вымарать бумагу,
Как чью-то славу, росчерком пера.
Но веком правил грозный мореход –
И город рос, и дело пахло дракой…
Расхристанным портовым забиякой
Сходил с лесов помазанник в народ.
И плотники на мачтовых крестах
Висели, и плывущие Голгофы
Выстраивались в море, словно строфы –
«Полтавы» – в драматических стихах.

* * *

Приам покинет стены Трои,
И выдаст Гектора Ахилл,
Но безымянные герои
Не обретут своих могил.
Забвение страшнее смерти,
Но ничего не изменить:
Всех павших в этой круговерти
Ни вспомнить, ни похоронить.

ДИКОЕ ПОЛЕ

1. Ветер

Киевский цикл. Местами темно.
Ветер, как звёзды, бросает в окно –
Ставр, Идойло, Михайло Потык –
Чёрного моря и месяца стык.
Там и Добрыня, Илья, Святогор.
Половцы в поле и в тереме вор.
Что ни преданье, то странный зачин.
Выпало время из книги былин.
Ветер вернётся на круги своя –
И просвистит на манер Соловья,
Как добывали для князя жену
В смутное время, читай, в старину.

2. Чёрная Русь

Лиховидевной царская дочь
Обернулась и белым крылом,
Словно бритвою, чёрную ночь
Рассекла в колесе грозовом.
И глядели в огонь волгари,
Бесновалась чумацкая весь.
То не русские богатыри,
А чубарая рыжая спесь.
Ни креста, ни меча-кладенца
И ни кривды, ни правды святой,
Словно высохло русло Донца –
Нет ни мёртвой воды, ни живой.

3. Волчье солнце

Не найти золотой середины
В этой дикой великой стране.
Вот и летопись – ветер чужбины.
Волчье солнце в открытом окне.
Ночь как лирика высшего права
Переходит в земные права.
Красной строчкою, с полуустава
Наливаются силой слова.
Зажигаются звёзды в просторе –
Рыщут волки по Лысой горе.
Светит, словно кому-то на горе,
Ясный месяц – рога в серебре.

4. Безымянный поэт

Не от мира бегущей строкою
По былинам последних времён,
Ветерком пролетел над рекою,
Прошумел, как волхвующий клён,
Перепутал в бродячем сюжете
Певчих птиц и лубочных зверей –
И воскрес в Безымянном Поэте
Божеством непонятных кровей.
Там, где сходится степь с облаками
И возносится к чёрной звезде,
Чародей золотыми вилами
Что-то пишет на синей воде.

5. Калиновый мост

Ветер носит потерянный голос –
Не по вражьей, а нашей тщете.
В Курске – Велес, а в Суздале – Волос –
Мирный бог на червлёном щите.
Там, где небо распято над полем
И разбиты прямые пути,
На рассвете убитому горем
Мост Калиновый не перейти.
Ах ты, лютая воля-недоля, –
Змей Тугарин да Вий-Суховей.
В чёрном бархате Дикого Поля
Не поёт, а свистит Соловей.

Апрель – июнь, 2014.


Рисунок: Томаш Сентовски (Польша)

Добавить комментарий