95 Views

* * *

Мельтешил халдей, лабух рвал струну,
танцовщицы сбрасывали саронги.
За столом доедали мою страну.
Я, как все, по старинке стоял в сторонке.

Было принято в наших тартарарах
ждать, покуда начальник по сытой роже
жир размажет. И ведь не сказать, что страх
мной владел. Хоть и это, конечно, тоже.

Этот грязный пир, хруст железных жвал,
резкий лязг клыков, разрывавших глотки,
молча я терпел, потому что ждал,
что и мне под ноги швырнут оглодки.

И, конечно, вдоволь погрыз костей.
…Лабух пел шансон, извивались крали…
Это было ради моих детей,
у которых будущее украли.

2019

* * *

Когда наши танки войдут в Нью-Йорк
во имя любви и добра,
и женщины нам, не пряча восторг,
скандировать будут: «Ура!»,

я, оберштурмфюрер диванных войск,
прошедший огонь и мрак,
невольной слезинки горячий воск
смахну и сожму кулак.

И встану, прекрасный, на Саут-Стрит
во весь свой огромный рост –
оттуда откроется дивный вид
на взорванный Бруклинский мост.

И стану в тот миг не воин, а скальд,
балладу спою я братве
о том, как траки ломают асфальт,
в Саранск превращая Бродвей.

О том, что не зря в крови и золе
мы шли, не считая могил,
что скоро настанут на всей Земле
Челябинск, Саранск и Тагил.

«Прощанье славянки» – весёлый мотив –
поставлю себе на рингтон.
За нами Москва. Впереди Тель-Авив,
Лондон и Вашингтон.

2019

* * *

Лишь потому-то и живы мы, может статься,
в мире, где правят нажива, содом и рэп,
что нашу землю хранят три святейших старца,
наши архонты, защитники наших скреп.

Первый из них — ясноокий отец Мельдоний,
тайны постигший пространства и вещества.
Тот, кто однажды поел из его ладоней,
силу медведя получит и скорость льва.

Если предатель, укутавшись в плащ болоньий,
ночью к шпионам запрыгнет в броневичок,
мигом отыщет иуду отец Полоний
и образумит, он в этом не новичок.

Вражьи интриги становятся все плетёней
и у границ раздаётся вороний грай?
Из подземелья восстанет отец Плутоний,
и стометровый предьявит им пропуск в рай!

Но это вряд ли, конечно. Не ссы, братуха!
Тот, кто не понял, как водится, тот поймёт.
В небе лазоревом наши вершины духа
зрят супостаты, да только вот зуб неймёт.

2019

* * *

…Те нулевые были какие-то нулевые –
от девяностых отверстия пулевые.
Кто-то не выжил, конечно, увы, и –
это их личные трудности половые.

Все, кто остались, к солнцу тянули выи.
Были такие на стиле, на сексапиле,
Охолонули, прикинули: или-или,
ели, кутили, копили, купили автомобили,
хлоп по текиле, курнули и покатили.
В Турции пили, в Европе смотрели шпили.
Только десятые так и не наступили.
Да и двадцатые тоже не наступили.

Мы их проехали как-то без остановки,
с мутью в окне, не спеша, под портретом Вовки.

Что до меня, видно, я до сих пор поддатый:
думаю вслух и в фейсбуке ругаюсь с ватой.
«Год-то какой, подскажите мне, чёрт с ней, с датой!
Тридцать седьмой или все ещё тридцать пятый?
Это я так, без намерений, для проформы…»

«Да не вопрос! Нулевой!», – говорят с платформы…

* * *

На полустанке «21-й век»
от поезда отставший человек
с тоской глядит на пластик и неон.
В глазах темно от роскоши и фальши.
Такое чувство, будто он – не он,
что смысла нет, похоже, ехать дальше,

в тот дивный мир, где армия машин
спасет его от смерти и морщин.
К чертям прогресс! Он хочет восвоясь,
назад, туда, куда не возит убер,
где нет вайфая, где не ловит связь,
не познан мир, и Бог еще не умер.

История, уж если без затей,
сплошной сюжет про брошенных детей.
Они, устав от игр своих и драк,
порою отправляются на поиск
отца. Но видят только боль и мрак,
куда б ни ехал их нескорый поезд.

Усталость, одиночество, испуг –
про это в целом твиттер и фейсбук.
Нельзя поверить в то, что Бога нет.
Когда разбит, растерян, загнан в угол,
кто защитит, кто даст на все ответ,
кто путь укажет? Яндекс или гугл?

И человек, из фляги триста грамм
во внутренний запостив инстаграмм,
cтоит, надежды преисполнен весь,
и в небо смотрит, словно попрошайка.
Он ждёт – уж если не благую весть,
тогда хотя бы что-то вроде лайка.

А лайка нет. И всё ему не так.
В кармане бомба тикает – тик-так.
Опять один в толпе, один из нас,
готов платить безумием и кровью
и занимает очередь у касс,
чтобы купить билет в средневековье.

2017


Рисунок: Рик Прол (США)

Добавить комментарий