113 Views

* * *

Мариуполь, где поле подсолнухов в море
переходит, и флаг украинский являет
всем, кто зряч – и Тебе,
где над каменным молом
шар скользяще-ликующий меж тополями,

а кораблик-верблюд под двумя парусами
тащит глобус увесистый «русского мира» –
эта ложь неуклюжая тянет, как камень,
мир на танках, в броне – тяжело и немило.

Помни имя своё – и забудь своё имя,
это две стороны одного семафора
на границе. Вот море. Подсолнухи. Ими
прирастает любовь – безутешно и скоро.

Как легко изменить этот мир, разрушая.
Только в самом начале нам что-то мешает…

* * *

В позорной войне никогда не бывает победы,
но кровь неизбежна – и что называть малой кровью?
И снова свет клином – до галлюцинаций, до бреда,
до белых нарциссов и алых гвоздик в изголовье…

Так карта ложится, так радуют первые всходы
драконьих зубов мракобесия – в век Водолея,
такая цена у непонятой нами свободы –
ни землю. ни небо не чуем теперь, не жалеем.

* * *

Без боли нельзя, не пройти это узкое место –
да что ж нас опять не спасают ни разум, ни память,
мы – зомби идей, в лапах лозунгов липкое тесто,
но всё-таки – люди, прорвётся же чистое пламя…

Нас могут убить, да – и всё-таки выбор за нами.
И мать выбирает для сына прекрасное имя,
и новые дети впервые играют словами,
которые мы всё ещё почитаем святыми…

* * *

Сначала кажется игрой,
нелепостью, слегка за уши притя…
А после – словно спелый гром
над крепостью, а ты в нём – дитя

беспомощное, твой покой
разрушен, перекрыт интернет,
глядишь туда, откуда свет –
и видишь – там и окон-то нет.

Да ладно, гугл хром, не плачь,
не можешь так не можешь найти –
и кто бы смог, надену плащ,
уйду под дождь, придумаю стих

Бронхолитин на брудершафт,
осенний лес и ливень грибной,
а что бессмертна душа –
бессильна перед новой войной.

Август 2016

* * *

Дальнобойщики слышат в пути дальний бой –
но они огибают войну стороной,
есть дороги в объезд этой спорной земли,
удлинились маршруты, границы легли –
через рожь и овёс след мазута в пыли.

Колосится, спешит, осыпается жизнь,
горькой думой исходит зерно, запершись,
но разрушен уют, всех в потоки сольют,
а просыпанных попусту – птицы склюют,

жизнь решается всеми, не так уж сложна,
нахлебаешься всласть, исчерпаешь до дна,
и спохватишься, трезвый, с тревогой в груди,
разве ж только для этого ты приходил?

Вор гордится пылающей шапкой своей,
в одичавшей земле лагеря дикарей,
расходящийся раструбом арочный свод
вывел прямо и просто в семнадцатый год.

Так нелепо-условна прямая стрела,
как морщина на глади мужского чела,
Дальнобойщик увидит все грани земли
и паром, уводящий в моря корабли.
Захлебнувшийся жизнями в ближнем бою –
под колёса Истории бросит свою.

Октябрь 2016

* * *

Уходищь, год Троянского коня?
Четырнадцатый, проклятый, военный,
как век назад… Ты надломил меня,
я думала, мир – лучше… Сизой пеной
кипит слепая трусость,
лживый бред
из стольких уст – я думала, мы – люди…
Так вот к чему – вся пошлость прошлых лет,
вся вакханалья их гнилых прелюдий.

Такой философический бордель…
Кого увидим лет через двенадцать?
Воспитанных для армии людей,
которые не верят, не боятся,
не думают – уж это ни к чему,
за нас в ответе тот, вверху, у власти,
а мы – верны…. И сирому уму
непостижимо впредь иное счастье…

Война всё спишет – подлость и подлог,
Крым, Мариуполь, Славянск… что там дальше?
Чей дом ещё мы отвоюем впрок,
какой ещё в слова подпустим фальши?
Уходит год Троянского коня.
Чужая ложь из моего экрана
прорвётся напролом, сметёт меня –
язык гипертрофированно, странно

звучит – чужой до одури, узды,
кнута боится – вот его основа.
Бывалый конь не портит борозды.
Риторика вранья годится снова.
Я этим летом не была в Крыму –
не в это время и не с нашим счастьем.
Троянский конь в моём дому – к чему?
Скорее уходи. Не возвращайся.

Декабрь 2014

* * *

Эти женские танки-ботинки – к войне,
мода знает о будущем больше меня,
но слепая решительность есть и во мне,
дозревает отчаянный мой жерминаль,

белка СМИ носит вести дракона к орлу,
что-то кончилось в воздухе, утро горчит,
сахарин комплиментов вчерашних – в золу,
полновесны метафоры, что кирпичи,

речь становится ярче, но злее, черствей,
одичавшему времени не до стихов,
надо переступать арматурных червей
и сменить свои шпильки на танковый ход.

Впрочем, что за дела? Берегла, как могла,
сорок вражеских баксов за них отдала,
бог не выдаст, попробуй остаться собой,
не ввязаться в последний решительный бой.

Декабрь 2017

Крым

Полуостров раздора лежит, как дитя в колыбели,
в рваных марлях рассветов, в нежнейших молочных туманах,
беззащитен и ясен под небом, а вольные страны
всё не знают – чьё это дитя, наразрыв его делят…

Мать лишь та, что жалеет – да что-то никто не жалеет,
кроме бога, а бога здесь много, как в море креветок,
клёв диктует течение, а не наживка – тем злее
в море катер — но море волнует не катер, а ветер…

Море просит о мире – Анапу, Стамбул, Мариуполь,
и Одессу, и каждый лиман Краснодарского края, —
краем розовым, голос его не уходит на убыль,
нерастраченной вечностью эти валторны играют,

и не льстит, и не мстит, и прощенья у смертных не просит,
просто – миром сияет, любовью, нетронутым светом,
все мы вышли из моря, раздора оно не выносит,
влажной взвесью балует, жалеет, дарит напоследок…

Июнь 2018

* * *

Мост через балку, трасса вдоль границы –
свернуть нельзя, война, чужая зона,
драконья, злая, в посеревших лицах,
нет ни любви, ни боли, всё резонно:

ослиный крик – железа об железо
истошный визг, скрежещущий сцепленьем
вагонов – мир речист, жесток и резок,
угрюм и норовист, подвержен тленью,

уже неважно всё – важнее вечер,
остатки роскоши на дне заката,
важнее путь, его огни навстречу…
Особый путь – дурная бесконечность, —
так пусть её смягчит амортизатор.

Мы не из гипсовой трухи – но мрамор
их покерфейсов подчищать не будем.
Не просто постом – блокпостом в Фейсбуке
стоят в защиту собственной неправды.

Январь 2019

* * *

Ну здравствуй, Новый. Нету волшебства,
есть правда утра первого числа.
Не бродят три простуженных волхва
ни до, ни после, ни под бой курантов,
никто не верит пошлостям гаранта,
советским фильмам, бонусам билайн,

но утро есть. И ничего, что дождь,
недели через три придут мороз
и гололёды. Под трамваев дрожь
поймёшь – законы климата условны
в отличие, от, скажем, уголовных,
не слушай Грету. Не на тот вопрос

ответы ищем. Взрослые уже.
В Дону вода темна, черней вина.
Давай, лети, Сухой наш Суперджет,
пока ещё не пахнет ёлка пылью –
раскрой непромокаемые крылья,
не делай вид, что кончилась война.

1 января 2020

О переименованиях

Я превращаюсь в шар,
Пепп Пеппович, привет.
Я тоже торможу,
но интернет – сильнее.
Смущается душа –
для Бога мёртвых нет,
но быть живым вполне
никто почти не смеет.

А Куршская коса – не Курская дуга,
и Кранц-Зеленоградск,
и Роминтская пуща –
на внутреннем витке спирали ДНК –
конвой брусчатых трасс,
топоним стерегущий.

Нам новая война меняет имена,
меняет соль и суть, подложку и основу,
и лишь Луна – полна, верна и влюблена,
оправдывает боль завравшегося слова.

И стынут в янтаре обломки, присмирев.
А нам не привыкать – в одной отдельно взятой.
Гора упала с плеч – нет жалости к горе.
Не оглянись, Орфей! – увидишь сорок пятый…

Ноябрь 2020

* * *

Дятел долбит тот сук, под которым
хрустнет крыша. Наш домик снесут,
иллюзорны стропила, опоры –
дятел, смерть моя, долбит тот сук.

Как дела? В рифму к штату Айова.
Но уже примыкают штыки.
Нечто злее, циничнее слова
начинается с красной строки.

Камасутра гражданских позиций
у готовых к прошедшей войне.
Что стучишь, чернокрылая птица?
Видишь, мост переходит в тоннель.

Ерик Грязный в посёлке Гусином –
мир уныл, плоскостоп, близорук,
да бубновый рисунок осины
утешает – «не стой на ветру».

2021

* * *

Умиляюсь – как же крепко все зажмурились,
не хотят смотреть на это, неприличное…
Всё что будет – предсказуемее мультика
про ракеты – так отделаемся притчами,

мы ведь нежные, мы золотом по мрамору,
а железо по стеклу – за отщепенцами.
За пронзительными личностными драмами
забываются Гулаги и Освенцимы.

Кто здесь помнит, до чего же там доспорили
этот самый тонкий лирик с толстым физиком.
Молчаливо одобряем траектории
на экранах охреневших телевизоров.

Тут рискованно не только земледелие,
понимаю, и сама-то ниже плинтуса.
Так давай-ка без истерик, красна девица,
будем умненькими, отмолчимся сфинксами.

Январь 2022


Коллаж: Филлис Фамильетти (США)

от Ольга Андреева

Ольга Андреева — автор восьми поэтических сборников. Стихи опубликованы в журналах «Новый мир», «Нева», «Prosodia», «Южное сияние», «День и ночь», «Плавучий мост», «Эмигрантская лира», «Дети Ра», «Новая Юность», «Крещатик», «Зинзивер», «Аргамак», «Ковчег» и др. Лауреат конкурса «45 калибр» (2013, 2015). Дипломант Тютчевского конкурса (2013). Финалист Прокошинской премии (2014), дипломант конкурса «Русский Гофман» 2019 и 2020 года. Лауреат интернет-конкурса «Эмигрантская лира» 2019 и 2021 г., диплом конкурса «Антоновка 40+» в 2020 году. Член жюри конкурсов «Провинция у моря» (2016) и «45 калибр» (2017-2021), Праймериз к Турниру поэтов (2020-2021) и других. Проза публиковалась в «Неве», в журнале Юрия Кувалдина «Наша улица» и в «Поэтограде» Евгения Степанова. Живёт в Ростове-на-Дону.

Добавить комментарий