Stephen Morath – Lonely Evening
69 Views

Группа называлась «Алька и балбесы».
Точнее, балбесами были мы трое –
Алька же весьма самодостаточна как музыкант
И даже сама пишет все аранжировки.
Ей подыгрывали мы – худой долговязый Яша на гитаре,
Вывезенной из невесть какого ломбарда на окраине чешского города Брно,
Куда он ездил специально, чтобы попасть на концерт местных подражателей Velvet Underground.
Конечно, никаких документов на въезд у Яши не было и быть не могло –
Но это его не останавливало, когда он снова и снова рассказывал ту историю после репетиций, приглашая повторить поездку с ним вместе,
Убеждая, что за региональной сценой будущее
И задумчиво поскрёбывая в затылке
медиатором, который не менялся им годами.

Потом у нас был Андрюха, волосатый басист,
которому, казалось, на роду написано быть именно басистом и именно волосатым:
Он часто говорил, что андеграунд стоит
за неумением играть в принципе.
На фест он приехал позже нас, потому что оплакивал свою безвременно ушедшую любовь
И долго не мог вспомнить, с какого конца завязывают шнурки
После того, как с него сняли ботинки во время ночной прогулки
по живописным местам района Очаково-Матвеевское.

Я, Павел, барабанщик этой развесёлой гоп-компании.
К слову, единственный из состава, кто носит нательный крестик,
Так что,
когда я на сцене колошмачу по барабанам как сумасшедший,
Я представляю, что делаю так с врагами Иисуса.
Можете смеяться, но это помогает мне держать чёткий ритм,
Не ускоряясь и не травмируя руки, потому что именно так я играю в обычном состоянии:
О, я знаю себя.
И знаю,
что было бы с моей жизнью, если бы не Он.
А так ничего – у меня есть группа, с которой я играю уже два года.
И я этих шалопаев люблю, люблю нежно и безусловно.
Потому что они –
всё, что у меня есть.

А вот Аля… она другое дело. Знаете,
это стоило видеть:
Как она смешно подпрыгивала в середине своих самых серьёзных песен,
как прохаживалась по краю сцены с тамбурином так, что любо-дорого было смотреть,
Пока Яша изо всех сил запиливал соло, чего делать очень не любил.
И когда мы закончили играть, вся зрительская любовь пошла исключительно нашей Альке.
Но мы были не в накладе:
она, как всегда, бескорыстно поделила её на всех.

После выступления я собрал железо и пошёл умыться – ужина не существовало как понятия.
Я хотел успеть к сету наших друзей из группы «Средоточие»,
и Яша вроде бы говорил о том, что даже послушает,
однако у него возникли какие-то срочные дела у лавки со спиртным, и на концерт поплёлся один я.

Это был ураган, вспышка и землетрясение.
«Средоточие» играло песню про девочку, которая увела парня у сестры:
они потом убили своих родителей и рванули автостопом в Болгарию.
Ливень и раскаты грома были мне нипочём:
В то время как почти все ушли под навес,
Я скакал под дождём, воздевая руки к небу,
Орал охрипшим голосом песни и водил хороводы
с детьми, которые непонятно как очутились здесь:
Я слышал, что у самих музыкантов их в сумме то ли пятнадцать,
то ли семьдесят пять.
Вокалист, спускаясь со сцены, наверное, не слишком удивился моему зарыданному телу, мчавшемуся к нему на всех парах.
Я, сам не свой от переполнившего меня восторга, обнимал его и несвязно лепетал слова благодарности.
Как я рассчитывал, он не мог и не должен был меня понять. Но, что самое удивительное –
понял.

В тот день я потерял своих и долго молился, бесцельно расхаживая по округе.
Я не мог найти ни Яшу, на вопрос о котором мне лишь расхохотались у лавки со спиртным,
ни невезучего Андрея,
ни даже Алю, которую я ещё час назад считал лучшим человеком на свете.
Как бы я хотел получить ответы на свои вопросы!
Но мне всё никак не удавалось перевести стрелки своих часов
Так, чтобы минутная моей воли совпадала с часовой воли Всевышнего.
Как мне говорили в конфессии,
часы, запущенные таким образом, едва ли покажут точное время,
но в духовной жизни это – ключ от любых дверей, Пашенька, просто верь.

Сам уж не зная как, я добрёл до какого-то прилавка и попросил выпить.
Девушка, разливавшая напитки, мгновенно мне понравилась –
К сожалению, я необычайно падок на оболочку.
По той же причине я не хожу в театр:
Актёры, играющие там, кажутся мне ангелами небесными –
даже спустя дни после того, как выходят из образа.
Курчавый ангел за стойкой ласково осведомился, есть ли у меня наличные.
Наличных не было, и потому я оглянулся вокруг в поисках, у кого бы занять.
Неожиданно для меня,
для всех
и даже для ангела в клетчатом переднике
Ко мне пододвинулась купюра нужного номинала –
Я мог бы поклясться, что изображённый на ней Аполлон подмигнул мне, приглашая в свою колесницу!
Тут меня похлопали по плечу, и я обернулся:
Рядом сидел мой давешний герой и улыбался во всё лицо.
Он сказал:
«Паша, я тоже был на вашем концерте. И, скажу тебе,
вы меня удивили».
После этих слов он переложил ногу на ногу и продолжил:
«Каждый может надёргать откуда-нибудь цитат и назвать это музыкой.
В принципе, все присутствующие здесь этим и занимаются, и мы иногда этим грешим.
Но ты, Яша, Аля, Андрюха – я без понятия, как у вас получается – ни на что не похожи.
В хорошем смысле, брат» – уточнил он, незаметно поправляя очки, –
«вы играете так, будто видите друг друга впервые, и нечаянно открываете блюз.
Следующая попытка – и вот родилась первая песня в жанре рок-н-ролл. Говорю вам,
так никто из моих знакомых не умеет! По сути,
вы единственные производители масла среди торговцев маргарином!»
На этом моменте парнишка, который всё это время сидел рядом с нами и внимательно слушал,
то ли усмехнулся,
то ли показал нам язык.
Мой собеседник улыбнулся и проговорил: «Этого парня я знаю, его зовут Тима, он тут волонтёром.»
После этого он облокотился о прилавок и задумчиво произнёс:
«Мне когда-то говорили, что прошлое способно стать нашим самым ценным приобретением.
Думаю, у вас дело именно в этом. У вас музыка исходит из вас самих, из вашей истории.
Этим и интересны. В общем, потому и есть смысл продолжать!
Кто же, если не вы?» –
на этих словах он удалился в темноту, дружелюбно махнув рукой напоследок.

Я, обалдевший, поднял голову к небу.
На нём не было ни облачка, вокруг совершенно сухо.
Приятный летний вечер.
«Мы тебя повсюду ищем! Куда запропал?» – зашевелились голоса за моей спиной. Я обернулся:
«Алька и балбесы» в полном составе вперили в меня глаза, сверкавшие троекратно усиленной укоризной,
и, странное дело –
чуть ли не впервые мне не пришло в голову опустить взгляд.
«Ладно» – сказал я. – «Задержался, виноват. Мы уже едем?»
«Да» – ответили они. – «Только тебя и ждём.»
Железо было у меня в рюкзаке за спиной, и собирать было нечего.

Мы поделились двойками для автостопа:
Я с Яшей, а Андрей с Алькой, которая вовсю строила планы на следующий фестиваль
и вслух мечтала об увеличении репертуара втрое к тому времени.
Оказалось,
что Яша ходил стрелять струны для своей гитары, так как одна из них порвалась,
и успел переругаться с половиной фестиваля по поводу предпочтений в калибре.
Андрей тем временем ходил купаться к источникам,
где думал найти утешение от душевной боли,
Но вместо этого встретил там нудистов, верящих в духов леса.
Утешения он так и не отыскал, зато нажрался с ними до невменяемого состояния,
так что с него каким-то непостижимым образом сняли и вторые ботинки.
Я понимал его, но ничем не мог помочь. Впрочем, он и не особо расстраивался –
отозвав меня в сторону, он показал мне двустишие о любви,
что сам вырезал на корпусе своего Орфея
на месте, свободном от бесчисленных цитат Летова,
от которых его инструмент был похож на забор где-нибудь в спальном районе Кемерово.
Аля же, наша девочка, без которой ничего не случилось бы,
Просто шла себе и шла, выглядя вполне счастливой.
Выходя на трассу, мы пели песни группы «Средоточие».
Только не ту,
что про убийство и автостоп –
есть ведь ещё и другие.

Забыв телефон в машине такси города Малоярославец,
Я неожиданно для себя сохранил более важное – присутствие духа.
И только когда мы шли по кварталам ночной Москвы, снова вчетвером,
Моя ложная личность запротестовала, но, едва услышав угрозу оставить её на всю ночь
на улицах Северного Медведково,
Быстренько согласилась сотрудничать и сидела тише воды ниже травы.
Эго растворилось в безлюдных дворах и переулках без остатка,
и мы шли очень спокойно и хорошо.
Порою мой мозг переходил в другой мир от желания спать, и я шагал безотчётно.
В эти моменты я продолжал общаться со своими попутчиками, но уже без слов.
Наверное, их мозги тоже выходили на минуту-две в другой мир,
и тогда мы дружно практиковали телепатию.

Возможно, каждый из нас
вернулся
немножко не тем человеком,
что уезжал.

***

08.08.2021


Рисунок: Стивен Морат (США)

от Валентин Спирин

Валентин Спирин, он же Ребетис – поэт, музыкант и соавтор песен группы «Ложные показания».

Добавить комментарий